Зухриддин Нуриддинов, основатель AI-стартапа AURA OS, — узбекский предприниматель с бизнес-корнями в Сингапуре. В отличие от традиционных ERP-систем, которые сообщают о проблемах уже после того, как ущерб нанесён, AURA OS в режиме реального времени отслеживает работу фабрики и подсказывает производителям, как устранить узкие места в производстве ещё до того, как они начнут стоить компании денег. В эксклюзивном интервью центральноазиатскому бизнес-медиа ER10.kz Зухриддин рассказал, как работает его AI-технология, а также о том, как санкции влияют на планы компании по расширению между США и Китаем, не занимая при этом спорную политическую позицию.
AURA OS объединяет интегрированную ERP-основу с AI-native-слоем операционной аналитики в рамках одной платформы. Она объединяет операционные данные о закупках, производстве, запасах, продажах, финансах и управлении, а затем помогает выявлять проблемы, прогнозировать дальнейшее развитие событий, оценивать потенциальный финансовый эффект, рекомендовать действия, назначать ответственных и отслеживать проблему до ее полного решения.
— Как вам пришла в голову идея стартапа?
— AURA OS изначально не была AI-компанией. Всё началось с проблемы внутри текстильной фабрики.
История уходит корнями в Сингапур, примерно в 2018–2019 годы. Именно там началась моя предпринимательская деятельность. До AURA OS мы с моим британским партнёром Джеймсом Андерсоном, основали финтех-компанию. Я окончил Cardiff Metropolitan University по программе, которая проходила в Малайзии, а после выпуска мы с Джеймсом запустили компанию в Юго-Восточной Азии. Мы предоставляли банкам продукты и системы для управления активами и финтех-решения.
Затем началась пандемия. По личным семейным обстоятельствам мне пришлось вернуться в Узбекистан, но сингапурским бизнесом я продолжил управлять удалённо. Я начал нанимать инженеров на месте, и мы продолжили реализовывать проекты.
В тот период мои знакомые были связаны с текстильной промышленностью. Однажды вечером за ужином мой друг, владевший текстильной компанией, рассказал, что уже некоторое время ищет подобную систему в Турции или других странах. Я не хотел продавать ему что-либо, не разобравшись сначала в самой проблеме, поэтому привёз свою команду на фабрику.
Мы прошли весь процесс — от поступления сырья до выпуска готовой продукции — и посмотрели, где на самом деле возникают проблемы. Так сформировался наш подход: сначала понять операционную проблему, а уже затем создавать под неё технологическое решение.
Следующие один-два года мы работали с такими компаниями в формате проектов — это было сочетание консалтинга и разработки технологий. В какой-то момент мы поняли, что многие производители сталкиваются с одними и теми же проблемами. Поэтому вместо того, чтобы решать одну и ту же задачу для каждой компании отдельно, мы превратили накопленный опыт в продукт.
AURA OS была представлена как продукт в 2023 году. То есть история выглядит так: сначала мы поняли проблему, затем создали MVP для решения реальной задачи конкретного клиента и только после этого превратили его в масштабируемый продукт.
— Какие проблемы, актуальные для Центральной Азии, вы можете решать?
— Когда мы начали работать с компаниями в Узбекистане, Казахстане, Таджикистане, Кыргызстане и других странах региона, многие предприятия хотели иметь одну систему, которая охватывала бы весь операционный процесс: сырьё, закупки, планирование производства, складские запасы, продажи, кассовые операции, финансы и управление.
Но когда мы стали глубже погружаться в их деятельность, я понял, что главная проблема заключается не просто в отсутствии ещё одного программного модуля. Существовало несколько операционных проблем, из-за которых компании теряли деньги.
Первая — узкие места в производстве и задержки заказов. Производитель может получить крупный заказ от зарубежного клиента, но одно узкое место где-нибудь в производственном процессе способно замедлить выполнение всего заказа.
Вторая проблема возникает, когда задерживается сезонный заказ. Если продукция приходит после окончания сезона, покупатель может уже не иметь возможности продать её по первоначальной цене. Он может попросить производителя придержать товар до следующего сезона, договориться о скидке или вообще отказаться от поставки. В результате у производителя на складе остаётся готовая продукция, деньги оказываются заморожены в запасах, а оборотный капитал испытывает давление. В серьёзных случаях это давление в конечном счёте может повлиять даже на способность компании вовремя рассчитываться с поставщиками или выплачивать зарплаты сотрудникам.
Третья проблема — задержки платежей со стороны клиентов. Производитель мог уже поставить продукцию, но всё ещё ждать оплаты, в то время как ему одновременно нужны деньги на следующую закупку сырья, выплату зарплат и продолжение производства.
Мы также сталкивались с компаниями, которые использовали личные связи или внешних партнёров для финансирования производственных циклов. Кто-то предоставляет деньги на один производственный цикл, рассчитывая получить возврат после оплаты со стороны клиента. Но если клиент задерживает платёж или полученные средства уходят на операционные расходы, запланированный денежный цикл нарушается.
Ещё одна проблема — закупка сырья. Когда у компании не хватает денег, она может отложить закупки, из-за чего замедляется производство. В других случаях компания, наоборот, закупает слишком много, потому что не располагает достаточной информацией о спросе. В итоге одновременно может возникнуть дефицит одного материала и избыток другого.
Есть и проблема выбора между собственным производством и аутсорсингом. Иногда компания производит компонент самостоятельно, хотя передача его производства на сторону могла бы быть быстрее, дешевле или обеспечить более высокое качество. В других случаях аутсорсинг приводит к задержкам или рискам, связанным с качеством. Реальный вопрос заключается в том, какую часть производственной цепочки следует оставить внутри компании, а какую — передать на сторону.
Но в основе всех этих проблем мы обнаружили ещё более глубокую: у руководства часто нет нужных данных в режиме реального времени.
На многих фабриках финансовым командам по-прежнему приходится собирать информацию из разных подразделений, иногда из рукописных документов и электронных таблиц, сводить её, рассчитывать себестоимость и готовить отчёты. Бухгалтер может делать всё абсолютно правильно, но к тому моменту, когда отчёт готов, ситуация на фабрике уже изменилась.
Даже расчёт реальной себестоимости одной единицы продукции может быть сложным. Нужно учитывать сырьё, посещаемость сотрудников, производительность оборудования, время производства, аутсорсинг, амортизацию или стоимость жизненного цикла, аренду оборудования, расходы на помещения и другие накладные расходы. Плановая себестоимость также может расходиться с фактической: сотрудник мог отсутствовать, станок — остановиться, цены на материалы — измениться, а часть производства пришлось передать на сторону.
Таким образом, финансовый отчёт может быть абсолютно точным — и при этом прийти слишком поздно, чтобы предотвратить убыток.
Именно это мы пытаемся изменить. AURA OS непрерывно объединяет операционную информацию, чтобы руководство могло видеть, что идёт не так, почему это происходит, во что это может обойтись, что, вероятно, произойдёт дальше и какие действия нужно предпринять, пока ситуацию ещё можно изменить.
— Можно сказать, что теперь компании работают быстрее и им не нужно больше человеческих ресурсов, потому что у них есть ваш AI?
— Я бы не сказал, что AI просто заменяет человеческие ресурсы. Точнее будет сказать, что AI помогает компании получать больше результата от тех людей, оборудования и ресурсов, которые у неё уже есть.
Для производителя цель заключается не в сокращении людей. Задача — уменьшить объём ручного анализа и координации, определить, где теряется производственная мощность, и помочь людям быстрее принимать более качественные решения.
Например, если на производственной линии три участка: первый выпускает 100 единиц продукции, второй — 50, а третий может выпускать 100, то вся линия ограничена пропускной способностью среднего участка. Увеличение мощности первого или третьего участка проблему не решит.
AURA OS может выявить это узкое место и помочь руководству рассмотреть такие варианты, как перевод или переобучение сотрудников, перераспределение задач, изменение последовательности производства или передача определённого этапа на аутсорсинг, если это экономически оправдано.
Мы видели случаи, когда подобная оптимизация позволяла примерно в 2,1 раза увеличить объём производства без пропорционального увеличения количества оборудования или сотрудников. Важно то, что это может стать разницей между необходимостью покупать дополнительные мощности и пониманием того, как эффективнее использовать уже имеющиеся.
То есть идея не в том, чтобы заменить людей искусственным интеллектом. Речь о том, чтобы дать людям, управляющим бизнесом, более качественную аналитику.
— Можете объяснить, как именно работает ваша технология и как именно работает ваш AI?
— Проще всего объяснить это через операционный цикл.
Сначала AURA OS собирает и объединяет операционные данные по всему бизнесу. Это могут быть данные о закупках и сырье, производстве, запасах, продажах и заказах, финансах, персонале и управленческой деятельности.
Затем система непрерывно анализирует эту информацию.
Она может обнаружить возникающую проблему, спрогнозировать, что произойдёт дальше, оценить операционный и потенциальный финансовый эффект, рекомендовать руководству, что следует проверить или сделать, назначить ответственному человеку задачу и затем отслеживать, было ли действие действительно выполнено.
Таким образом, цикл выглядит так: данные в реальном времени → выявление → прогнозирование → оценка финансового эффекта → рекомендация действия → назначение ответственного → отслеживание → выполнение.
Например, представим, что производитель получает крупный заказ. Текущие производственные мощности, доступность сотрудников, загрузка оборудования, наличие сырья и график производства могут указывать на высокую вероятность задержки. Вместо того чтобы ждать отчёта в конце месяца, AURA OS может заранее выявить риск, оценить потенциальные последствия и предложить такие действия, как перераспределение мощностей, изменение производственного графика, закупка дополнительного материала или передача определённого этапа на аутсорсинг.
То же самое касается сырья. Если система видит, что производственный план предусматривает расход материала быстрее, чем он пополняется, она может предупредить ответственного сотрудника ещё до того, как дефицит остановит производство.
И что особенно важно, процесс не заканчивается на предупреждении. Проблема может оставаться открытой в виде задачи до тех пор, пока ответственный сотрудник не выполнит необходимое действие и не отметит его как завершённое.
Традиционные ERP-системы важны, поскольку они обеспечивают операционную основу бизнеса — продажи, запасы, закупки, производство, финансы и другие ключевые процессы. AURA OS объединяет эти возможности с AI-native-интеллектом внутри одной платформы. Мы называем это Operational Intelligence для промышленных компаний: система не просто фиксирует произошедшее, а постоянно помогает руководству понимать, что происходит сейчас, что, вероятно, произойдёт дальше, во что это может обойтись и что с этим делать.
То есть мы не просто фиксируем то, что уже произошло. Мы пытаемся помочь руководству понять, что происходит сейчас, что, вероятно, произойдёт дальше, во что это может обойтись и что с этим делать.
— Можете также рассказать о технологии с точки зрения кибербезопасности? Некоторые люди опасаются AI-стартапов, потому что думают, что AI будет обучаться на их персональных данных и это небезопасно. Что бы вы на это ответили?
— Корпоративный AI отличается от использования публичного потребительского чат-бота с конфиденциальной информацией.
AURA OS разработана с учётом корпоративных требований и среды хранения данных клиента. Мы не считаем, что производитель должен отказываться от контроля над своими операционными данными ради использования преимуществ AI.
Для клиентов с жёсткими требованиями к безопасности, регулированию или локализации данных система может разворачиваться внутри собственной инфраструктуры или в выделенной среде — в зависимости от его требований. Мы можем применять соответствующие механизмы контроля доступа, шифрование и другие меры защиты конфиденциальной операционной и финансовой информации.
Локализация данных также имеет значение, поскольку требования различаются в зависимости от страны и отрасли. Если клиенту необходимо, чтобы определённая информация оставалась в конкретной юрисдикции, архитектура может быть выстроена с учётом соответствующих требований.
Финансовые учреждения работают с конфиденциальной информацией и строгими требованиями контроля, поэтому мы быстро поняли, что безопасность нельзя добавлять в конце проекта. Она должна быть заложена в архитектуру с самого начала.
В конечном счёте конкретная архитектура зависит от клиента, его инфраструктуры, отрасли и применимых нормативных требований. Наша задача — дать компаниям преимущества AI, одновременно позволяя им сохранять необходимый уровень контроля, безопасности и соответствия требованиям.
— То есть всё зависит от того, чего хочет клиент?
— Именно. У корпоративных клиентов разные требования к инфраструктуре, регулированию и операционной деятельности, поэтому AURA OS разработана таким образом, чтобы адаптироваться под эти требования, а не заставлять все компании работать в абсолютно одинаковой среде.
— Если я клиент и хочу работать с AURA OS, что мне нужно делать — пошагово?
— Мы начинаем с разбора проблемы, а не с попытки сразу продать программное обеспечение.
Первый шаг — собрать информацию о компании и её операционной ситуации. Мы разработали процесс аудита на базе AI, который помогает быстро собрать и структурировать эту информацию.
У аудита две цели. Во-первых, он позволяет определить, действительно ли компания нам подходит. Мы не хотим брать каждого желающего в качестве клиента, если не уверены, что можем создать для него значимую ценность.
Во-вторых, аудит помогает самой компании понять, где находятся её основные операционные и финансовые возможности для улучшения. Он может выявить такие направления, как узкие места в производстве, проблемы с запасами, дефицит оборотного капитала, задержки заказов и потенциальные потери маржи.
Если компания подходит нам и принимает решение продолжить работу, мы подключаем необходимые операционные данные и настраиваем платформу под её потребности.
Затем мы формируем операционную аналитику, обучаем соответствующих сотрудников, запускаем систему и обеспечиваем дальнейшую поддержку.
Таким образом, процесс выглядит так: информация о бизнесе → AI-аудит → квалификация → подключение и настройка данных → операционная аналитика → обучение → запуск → постоянная поддержка.
Мы намеренно делаем этот процесс повторяемым. Мы не хотим, чтобы каждый новый клиент превращался в шестимесячный проект с индивидуальной настройкой.
— Какие именно функции я получаю как клиент и как всё это работает изо дня в день?
— AURA OS построена по модульному принципу, поэтому компании необязательно внедрять всё сразу. Мы начинаем с тех операционных проблем, которые имеют для неё наибольшее значение.
Для типичной производственной компании платформа может охватывать сырьё и закупки, планирование и управление производством, склад и готовую продукцию, продажи и заказы, финансы и оборотный капитал, а также управленческий контроль. Предусмотрены также разные роли пользователей и уровни доступа.
Но ценность заключается не просто в наличии всех этих модулей. Ценность в том, что информация между ними работает как единая система.
Представим, что у вас есть крупный заказ от клиента. AURA OS может сопоставить его с текущими производственными мощностями, наличием сырья, персоналом, оборудованием и производственным графиком. Если мощности недостаточно, система может предупредить о вероятной задержке, показать потенциальное влияние и рекомендовать, что следует проверить или изменить.
Или представим, что через 14 дней вероятен дефицит сырья. Вместо того чтобы обнаружить проблему уже после остановки производства, отдел закупок получает раннее предупреждение и рекомендацию по дальнейшим действиям.
То же самое касается запасов и продаж. Если готовая продукция начинает накапливаться, заказ выполняется слишком медленно или какой-то продукт замораживает слишком много оборотного капитала, система может выявить ситуацию и обратить на неё внимание ответственного сотрудника.
Также существует управленческий и аудиторский слой, который сохраняет историю важных изменений: кто что изменил, когда это произошло и какое значение было установлено ранее.
Но самое главное — действие не заканчивается на предупреждении. Проблема превращается в конкретную задачу с назначенным ответственным и может оставаться открытой до полного решения.
Именно так мы хотим, чтобы AURA OS работала каждый день: не как очередная панель с сотнями цифр, а как система, которая постоянно помогает отвечать на вопросы:
- Что происходит?
- Что идёт не так?
- Что, вероятно, произойдёт дальше?
- Во что это может нам обойтись?
- Что нам следует с этим делать?
- И было ли действие действительно выполнено?
— После настройки системы есть ли период, в течение которого мы можем задавать вам вопросы о том, как она работает? Если возникают трудности, можем ли мы просто обратиться к вам? Или такого периода нет?
— Да. Поддержка — часть того, как мы предоставляем AURA OS.
Из предыдущего опыта мы поняли, что если каждый вопрос приходится обрабатывать вручную нашей команде, становится сложно масштабироваться и одновременно сохранять высокое качество клиентского опыта. Поэтому мы создали вокруг продукта процесс поддержки на базе AI.
После внедрения и обучения клиенты могут задавать вопросы через AI-чат AURA OS. Он может сразу подсказывать, как пользоваться системой, и помогать с распространёнными техническими или операционными вопросами.
Если AI не может решить проблему, клиент может передать её нашей технической команде поддержки.
Согласно нашим стандартным корпоративным договорам, техническая поддержка предоставляется в течение 12 месяцев после подписания контракта. Цель проста: клиент не должен чувствовать, что после запуска системы его оставили один на один с продуктом. Должен существовать быстрый способ получить ответ и понятный путь к обращению в техническую поддержку, когда это необходимо.
— Расскажите, пожалуйста, подробнее о членах вашей команды и о вашем собственном опыте.
— Я основатель и CEO AURA OS. Я единственный основатель AURA OS, хотя до этого вместе с партнёром Джеймсом Андерсоном я создал финтех-бизнес.
Мы представили AURA OS как продукт в 2023 году, но опыт, лежащий в его основе, формировался на протяжении нескольких лет. До того как стать продуктовой компанией, мы реализовали около 20 технологических проектов в сфере HR, CRM, ритейла и дистрибуции. Исторически нашими клиентами были около 500 компаний.
Сегодня фокус гораздо уже: производство. Сейчас около 80 производственных компаний являются активными клиентами AURA OS.
До настоящего момента мы на 100% развивали бизнес за счёт собственных средств. Кроме меня, у нас есть CTO, а также инженерная и продуктовая команды, сфокусированные непосредственно на AURA OS.
В 2019–2020 годах через Algorithm Gateway — наш проектный технологический бизнес — у нас было более 100 сотрудников на полной занятости. Когда компания перешла от проектной работы к созданию продукта, мы оптимизировали организацию и сосредоточили команду на AURA OS и её масштабировании. Сегодня непосредственно над AURA OS работают около 20 человек.
У нас также есть специалисты с опытом работы в крупных бухгалтерских и консалтинговых компаниях, включая профессионалов примерно с десятью годами опыта в финансах и бизнес-операциях. На уровне руководства у нас есть директора в Малайзии и управляющие директора в Сингапуре, которые поддерживают международное направление.
Большая часть нашей операционной команды сейчас находится в Узбекистане, где сосредоточена наша основная база клиентов и деятельность по разработке продукта, а часть команды по-прежнему работает в Сингапуре.
Таким образом, сейчас наша команда значительно компактнее, чем во времена проектного бизнеса, но гораздо сильнее сфокусирована на одном продукте и одной глобальной миссии.
— То есть стартап базируется в Сингапуре или в Узбекистане?
— У компании корни в Сингапуре, и Сингапур остаётся важной частью нашей международной структуры и истории бизнеса. Но AURA OS была создана и развита благодаря работе с производственными компаниями в Центральной Азии, особенно в Узбекистане.
Проще всего я описываю это так: AURA OS началась в Сингапуре, прошла валидацию в Центральной Азии и теперь выходит на глобальные рынки.
— Как вы решили, в какую страну выходить в первую очередь? Почему решили сначала развивать стартап в Узбекистане, а не в США?
— Изначально начало работы в Центральной Азии не было стратегическим решением. Пандемия вернула меня в Узбекистан по семейным обстоятельствам, и это создало возможность работать с местными компаниями.
Но когда мы начали работать с производителями в регионе, мы поняли, что эти проблемы характерны не только для Центральной Азии.
Позже в ходе переговоров и работы с международными рынками мы увидели те же фундаментальные проблемы: запасы, планирование производства, узкие места, сокращение маржи, давление на оборотный капитал, задержки платежей и заказов. Терминология и бизнес-среда от страны к стране меняются, но базовые операционные проблемы удивительно похожи.
Тогда мы поняли, что наше решение может быть глобальным.
США особенно привлекательны благодаря своей производственной базе, масштабу рынка, покупательной способности корпоративного сектора и возможности построить глобально масштабируемую технологическую компанию. Мы идём туда не просто потому, что там можно брать больше денег. Мы хотим проверить AURA OS на одном из самых конкурентных технологических рынков мира и закрепиться в качестве глобальной компании в сфере промышленного AI.
Мы участвовали в London AI Summit, London Tech Week, Digital Uzbekistan в посольстве Узбекистана в Лондоне и WIC2026. Эти мероприятия привели к появлению международных потенциальных клиентов, в том числе в Великобритании, Индонезии и США. Мы также получили LOI от международных клиентов и были отобраны Alchemist Accelerator для помощи в развитии американского рынка.
Наша стратегия заключается не в том, чтобы войти как можно в большее количество стран. Мы хотим сосредоточиться на рынках с сильной производственной базой, высокой операционной сложностью и компаниями, готовыми инвестировать в технологии, которые дают измеримый финансовый результат.
— А что насчёт санкций? Из-за последних американских ограничений создаётся впечатление, что вы не можете одновременно работать и с США, и с Китаем.
— Мы серьёзно относимся к геополитическим и регуляторным требованиям по мере международного расширения.
Для каждого рынка мы оцениваем применимое законодательство, санкции и требования экспортного контроля, правила локализации данных, профиль клиентов и коммерческие возможности. Там, где действуют ограничения, мы соблюдаем их и соответствующим образом корректируем нашу рыночную стратегию.
Сейчас наши приоритеты — США, Великобритания, Юго-Восточная Азия и отдельные развивающиеся производственные рынки. Китай является важным производственным рынком, но мы подходим к нему осторожно и оцениваем возможности с учётом регуляторной и коммерческой среды.
Наша задача — не занимать политическую позицию. Мы хотим ответственно построить глобальную компанию в сфере промышленного AI и убедиться, что каждый рынок, на который мы выходим, коммерчески привлекателен и соответствует применимым требованиям.
— Хорошо. А какова ваша главная цель до конца 2026 года или до 2027-го?
— Главной целью на 2026 год было стать по-настоящему готовыми к выходу на глобальный рынок: проверить, насколько проблемы, которые мы решали в Центральной Азии, актуальны на международном уровне, и выстроить процессы, необходимые для масштабирования.
Мы уже получили сильное международное подтверждение благодаря потенциальным клиентам, рекомендациям, мероприятиям и LOI. Поэтому задача на оставшуюся часть 2026 года — реализация: превратить международные возможности в клиентов, укрепить присутствие в США с помощью Alchemist Accelerator и продолжить совершенствовать продажи, внедрение и поддержку, чтобы рост не создавал лишней операционной сложности.
На 2027 год и далее наша цель — масштабировать AURA OS в глобальную компанию в сфере промышленного AI, работающую на ключевых производственных рынках, и сформировать значительно более крупную базу регулярной выручки.
Более масштабная миссия заключается в том, чтобы помогать производителям повышать продуктивность, сокращать скрытые операционные потери, улучшать управление оборотным капиталом и увеличивать фактическую производственную мощность. Если мы сможем делать это в больших масштабах, это будет способствовать не только развитию отдельных компаний, но и повышению конкурентоспособности промышленности в регионе и во всём мире.
— А какую выручку уже получаете?
— Мы создали прибыльный бизнес, развиваемый за счёт собственных средств, с растущей клиентской базой и значительным интересом со стороны корпоративного сегмента.
Мы не раскрываем публично точные показатели выручки и предпочитаем чётко разделять фактически полученную выручку, подписанные контракты и потенциальные сделки в воронке.
Я могу сказать, что бизнес достиг такого уровня коммерческой валидации, который позволяет нам уверенно инвестировать в международную экспансию.
Сейчас наш приоритет — не просто увеличить красивую цифру выручки в заголовке. Мы хотим превращать международные возможности в постоянных клиентов и создавать масштабируемую глобальную выручку.
— Как устроена ваша финансовая модель?
— Модель объединяет лицензию AURA OS и внедрение с регулярными сервисами операционной аналитики на базе AI для клиентов, которым необходима постоянная поддержка и помощь в принятии решений.
Регулярная составляющая фактически представляет собой цифровой сервис операционной аналитики для руководства. Он непрерывно отслеживает операционную информацию, выявляет важные проблемы, расставляет приоритеты и помогает руководству определить, какие действия необходимо предпринять.
Экономика бизнеса становится всё более привлекательной по мере того, как мы стандартизируем внедрение и сокращаем время между подписанием контракта с клиентом и началом его работы на платформе.
Для нас эта масштабируемость очень важна. Мы хотим обслуживать значительно больше производственных компаний, не допуская роста операционных расходов теми же темпами, что и клиентская база.
— Вы сейчас ищете инвестора?
— Да. Сейчас мы открываем раунд на $3 млн, чтобы ускорить международную экспансию.
Изначально я не планировал привлекать институциональный капитал. Мы органически развивали бизнес и на 100% финансировали его самостоятельно, поэтому сначала я не видел серьёзной причины привлекать внешние инвестиции.
Опыт работы с акселератором изменил мою точку зрения. Мы поняли, что крупнейшая возможность перед нами — международная экспансия. Циклы корпоративных продаж на глобальных рынках могут занимать несколько месяцев, и если мы хотим одновременно выходить на несколько рынков, нам нужны ресурсы на продажи, внедрение, партнёрства и присутствие на этих рынках.
Поэтому этот капитал нужен не для того, чтобы доказать работоспособность продукта. Мы уже подтвердили его ценность за годы работы с производственными компаниями. Цель — ускорить то, что уже работает, и вывести это на значительно более крупные рынки.
После успешного завершения программы Silkway Accelerator в экосистеме Astana Hub–Almaty Hub и Google for Startups, где мы вошли в число лучших стартапов, Astana Hub Ventures предоставил предварительное обязательство на $100 тыс. Сейчас мы проходим due diligence и инвестиционный процесс, чтобы превратить это предварительное обязательство в официальную инвестицию.
Одновременно несколько венчурных фондов из Узбекистана сами вышли на нас и выразили готовность участвовать в оставшейся части раунда. Сейчас мы ведём переговоры и проходим due diligence, и уровень интереса даёт нам основания полагать, что у нас есть реальная возможность закрыть раунд с региональными инвесторами в рамках одного инвестиционного раунда — при условии прохождения ими собственных инвестиционных процедур и получения окончательных одобрений.
Мы также видим стратегический интерес со стороны Казахстана к возможности цифровизации промышленных операций и развития региональной экосистемы промышленного AI, а также интерес со стороны инвесторов из Великобритании и других международных рынков.
— На каких условиях вы готовы работать с инвестором? Готовы ли вы отдать долю в компании? Это должен быть инвестор из Центральной Азии, Ближнего Востока или США? Что для вас в приоритете?
— Я готов отдать долю в компании, если правильный инвестор поможет нам построить значительно более крупный бизнес. Но для меня вопрос не только в том, кто предоставляет капитал.
Я хочу видеть стратегических инвесторов и экспертов, которые помимо денег могут дать нам корпоративные связи, доступ к рынкам, отраслевую экспертизу и международную сеть контактов.
Мы открыты для инвесторов из Центральной Азии, Ближнего Востока, США, Европы и Азии. Особую стратегическую ценность имеют инвесторы, которые понимают Центральную Азию и могут помочь укрепить региональную экосистему промышленного AI, одновременно предоставляя международные связи.
Мы также нанимаем коммерческих, технологических и отраслевых экспертов мирового уровня, которые помогут нам выстраивать отношения с корпоративными клиентами, стратегическими партнёрами и инвесторами на международных рынках.
Цель раунда на $3 млн — закрыть финансовый разрыв между выходом на новые рынки и началом получения выручки от них. Вместо того чтобы заходить на рынки один за другим, мы хотим одновременно закрепиться на нескольких рынках и ускорить выход AURA OS на глобальный уровень.
Здесь есть и более широкая стратегическая возможность. Мы считаем, что создаваемая нами операционная аналитика может быть полезна не только отдельным производителям, но и более широкой экосистеме вокруг них — финансовым учреждениям, промышленным группам, технологическим компаниям, системным интеграторам и другим стратегическим партнёрам.
Мы начали с решения проблем отдельных фабрик. Теперь наша амбиция — сделать промышленное производство более интеллектуальным в глобальном масштабе. Если мы сможем помогать производителям выпускать больше продукции с использованием уже имеющихся ресурсов, высвобождать капитал, замороженный в операционных процессах, и принимать более качественные решения ещё до возникновения потерь, тогда мы создаём нечто гораздо большее, чем очередная компания в сфере корпоративного ПО.
Для меня идеальный инвестор — это не просто акционер. Это партнёр, который помогает строить компанию.
На самом деле здесь есть три группы, которые имеют значение для того, что мы создаём. Клиенты доверяют нам, выделяют время и бюджеты на технологии, а наша ответственность — создавать для них измеримую операционную ценность. Государства и стратегические институты могут помогать ускорять цифровизацию промышленности. А финансовые и стратегические инвесторы могут предоставить капитал, связи и международную сеть, необходимые для масштабирования.
Мой приоритет — построить глобальную компанию, оставаясь при этом открытым для стратегических партнёрств и долгосрочных возможностей, которые могут создавать ценность для клиентов, инвесторов и более широкой промышленной экосистемы.
